Братья Елисеевы: Удивить мир
Александр ХОХРЕВ
Таково было изначальное кредо этого торгового сообщества: удивлять. Сооснователь и первый удачливый торговец из Елисеевых (на самом деле их фамилия была Касаткины, но из любви к своему отцу братья взяли себе фамилию Елисеевы), Петр Елисеевич всю свою жизнь изумлял окружающих. Причем как незнакомых, так и родных. За это он получал немалые дивиденды. Так впоследствии и повелось: удивишь всех вокруг – получишь прибыль. Этому братья Елисеевы выучились довольно быстро…
ЗЕМЛЯНИКА И АПЕЛЬСИНЫ
Петр Елисеевич с братом Григорием и семьями числились в крепостных у графа обер-гофмаршала Николая Петровича Шереметева. Хозяин был щедрый, и, зная это, под Рождество 1812 года Петр Касаткин, работавший у графа садовником, удивил его и его многочисленных гостей несказанно: принес им целое лукошко садовой земляники, которая поспевает обычно только к Троице. Все были не просто удивлены, но шокированы. Мастерство садовника вызвало улыбки и довольные восклицания. И добродушный обер-гофмаршал решил проявить на гостях благородство: взял да отпустил Петра Елисеевича с семьей.
Дал всем вольную.
Запасливый Касаткин давно уже откладывал деньги на подобный случай, и поэтому через несколько дней, выправив все необходимые бумаги, вместе с продовольственным обозом и женой Марьей Гавриловной отправился в Петербург: столица, по его мнению, открывала необычайные возможности для «людей, с головой дружных». По прибытии супруги сняли угол возле Василеостровских фруктовых складов, и на следующее январское утро бывший садовник отправился к оптовикам и прикупил у них целый мешок апельсинов. Вместе с женой он встал на Невском проспекте и принялся торговать спелыми плодами с лотка. Горожане удивлялись: надо же, мужик, ему бы репу продавать, а он заморские фрукты по копейке раздает… Копейка, как известно, бережет рубль, и уже через несколько месяцев бережливый Петр Елисеевич Касаткин осознал, что рублей в его мошне прибавилось велико. И тогда он выписал из деревни своих взрослых сыновей – Сергея, Григория и Степана, а потом за сто сорок рублей серебром выкупил и брата Григория Елисеевича.
Дело разрасталось, одних апельсинов для продажи стало не хватать. И тогда братья вступили – вместе со всем многочисленным семейством – в купеческое сословие, отправились изучать многочисленные портовые склады на «Васькиных буянах», которые ломились от «колониальных товаров». Заморские и русские капитаны везли в столицу самые разнообразные изыски, и братья поняли: это их жила. Они будут торговать самыми фантастическими фруктами, сладостями и вином, и удивлять, удивлять, удивлять петербуржцев невиданной и отменного качества продукцией!..
ВИНА И КОЛОНИАЛЬНЫЕ ТОВАРЫ
Первая лавка Елисеевых появилась в доме Котомина (Невский проспект, 18). Там братья и их семьи – детей тоже приучали к бизнесу – торговали «сырыми продуктами (то есть фруктами) разных поясов Земли» и тонкими заморскими винами. Очень быстро Елисеевы сообразили, что хороший алкоголь – это кладезь богатства. Но, к сожалению, вина в столицу империи доставляли не самые лучшие: капитаны предпочитали брать что подешевле, а продавать втридорога. Поэтому, поняв, что малой кровью ничего не добьешься, Петр Елисеевич как «отец-основатель» решил сам отправиться на родину хорошего вина. В Испанию.
Но случилось так, что корабль, который должен был доставить русского торговца в Кадис, пришвартовался отдохнуть у португальского острова Мадейра, буквально состоявшего из виноградников, давилен и винных складов. А так как хороших крепленых вин в Петербурге было днем с огнем не достать, Петр Елисеевич решил остаться на острове и узнать подноготную этого дела. Через полгода он вернулся в родной город, рассказав, что договорился с крупными поставщиками о регулярной доставке товара.
Вот тогда-то и началось все то, что впоследствии сделало «Торговый дом братьев Елисеевых» одним из наиболее удачных брендов в России. Удивляло посетителей лавок (их к 1830 году было уже четыре) не только изобилие поразительных фруктов и сластей – апельсины, лимоны, папайи, парагвайос, крокодиловые груши, кокосовые орехи, турецкая пахлава, арабская фисташковая халва и т. д. – но и их качество. На прилавках было не увидеть гнилого бока или криво отрезанного ломтя – все только свежее, сияющее, полновесное. Можно было, не опасаясь подвоха, брать любые плоды и не прогадать: «У Елисеевых только отменное», – гласил не выведенный на дверях (торговцы считали неприличным рекламировать себя: за них говорил сам товар), но постоянно произносимый в кулуарах девиз товарищества. Своим отношением к бизнесу – никаких обвесов, сдача до полушки – братья привлекали покупателей со всего города. К ним отправляли за самым лучшим и слава – вместе с богатством, почетом и купеческим уважением – росла.
Когда Петр Елисеевич неожиданно, не дожив до пятидесяти лет, скончался, его дело повела вдова с деверем и сыновьями. Клан Елисеевых разрастался, но основными фигурами в нем стали Сергей, Григорий и Степан. Они изучали бухгалтерское дело, ездили по Европе, заключая выгодные договора, и женились на купеческих дочерях, добавляя приданое к основному капиталу, пуская деньги в оборот. Очень быстро Елисеевы сообразили, что иметь собственный флот гораздо выгоднее, чем нанимать людей со стороны, и вскоре купленные задешево «Архангел Михаил», «Святой Николай» и трехмачтовая «Конкордия» начали бороздить моря под флагом Товарищества.
С пароходом случилась промашка: техническое новшество, позволявшее конкурентам очень быстро доставлять товары из любой части света в Питер, вначале очень не понравилось Елисеевым. Дым, посчитали они, будет портить товар, и даже вино в бочках станет дурного вкуса. Поэтому братья какое-то время продолжали возить фрукты на парусниках, но скорость доставки в XIX веке решала все, и поэтому пришлось Елисеевым модернизировать свои суда, ставить на них дымящие, изрыгающие пламя, но толкающие суда вперед с невероятной по тем временам скоростью двигатели. Они нашли выход из положения: стали паковать товар так, что никакой дым и угольная пыль ему были не страшны.
К тому времени – а это уже 1858 год – дело разрослось настолько, что под винные склады на Васильевском острове они построили мощную систему подвалов. Мало того: личные погреба Елисеевых находились во всех опорных точках виноторговли – в Бордо, на обожаемой всей семьей Мадейре, в Опорто, в Хересе-де-ля-Фронтера. Иногда получалось так, что братья скупали весь урожай винограда в некоторых районах Франции, сами делали на месте родное вино и доставляли его в Питер, уже здесь разливая по бутылкам. И вот что интересно: многие знатоки считали «русское бордо» или «русский портвейн» лучшим по качеству, чем французские и португальские вина. Призы разнообразных выставок – в Париже, в Лондоне и т. д. – доказывали тезис основателей товарищества Елисеевых о том, что «главное в нашем купеческом деле – качество».
КОРПОРАЦИЯ И БАНКИ
Степан и Григорий после смерти Сергея (в 1858 году), в сущности, основали первую в мире транснациональную корпорацию. В дело входили гастрономы элитного питания, банки, винодельческие предприятия, кондитерские фабрики и даже, как это не странно, автомобильные заводы. Оборот фирмы на пике ее могущества составлял сотни миллионов рублей – эквивалент нескольких десятков миллиардов нынешних евро или долларов. Братья, скажем, быстро смекнули, что им следует заняться банковским делом, и в 1864 г. Григорий Елисеев стал председателем правления петербургского Частного коммерческого банка. Затем «Братья Елисеевы» превратились в соучредителей «Русского для внешней торговли банка», занимавшегося поддержкой операций российских компаний за рубежом, «Учетного и ссудного банка», а также страховой компании «Русский Ллойд». В ассортименте их магазинов имелись многочисленные сорта вин, кофе, чая, сахара, риса, рома, растительного масла, анчоусов… Братья делали ставку на обеспеченных клиентов, предлагая им дорогостоящие продукты, но качества ровно такого, которого по всему городу (к концу XIX века гастрономы Елисеевых находились не только в Питере, но еще и Москве и в Киеве) было не сыскать. Например, оливковое масло у них не фильтровалось, а отстаивалось в огромных мраморных ваннах. В 1874 г. за долголетнюю и полезную деятельность Торговый дом был награжден государственным гербом. Поставщиком императорского двора он стал еще в 1850-х…
ДВОРЦЫ И ХРАМЫ
Наконец, к началу XX века Григорий Григорьевич Елисеев решил открыть в крупнейших городах страны специализированные и сильно отличающиеся от других гастрономы. Настоящие дворцы гурманов, храмы изысканного питания. В Питере на углу с Малой Садовой, в Москве на Тверской улице и в Киеве на Крещатике с помпой и бешеной рекламой были построены три Елисеевских магазина, в которых все говорило об изысканном вкусе владельца и стремлении удовлетворить самые невероятные прихоти покупателей. В магазинах было по пять отделов: гастрономия + винный (он назывался «баккара»), колониальных товаров, бакалея, кондитерский, а также самый обширный – фруктовый. Пирожные выпекались в собственной пекарне, прямо во дворе, десятки сортов колбас изготавливались в своей колбасной неподалеку, трюфели везли из Франции, анчоусы – из Испании. На открытых столах в причудливых желе подрагивали омары; лангусты выглядывали из соусов, застывших на льду; румянились вестфальские окорока; остендских устриц фигурно выкладывали на снег; копченые осетры моргали капельками выступающего жира. Строительство сверхдорогого магазина с эксклюзивным ассортиментом было сильнейшим ходом в области того, что в современном языке называется пиаром. Вложение огромных средств полностью себя оправдало. Деньги, и так текшие в сейфы корпорации полноводной рекой, стали выплескиваться в виде благотворительных займов для нуждающихся, сетей ночлежных и странноприютных домов, повсеместной вакцинации рабочих и служащих в Елисеевских магазинах, организации столовых и отдельных домов для продавцов, собственных школ и ПТУ.
В общем, фирма обеспечивала «своих» от и до…
УВЛЕЧЕНИЕ И КОНЕЦ
Напоследок Григорий Григорьевич, ставший самым известным из клана Елисеевых, удивил родных и весь мир дикой выходкой: он влюбился в жену питерского ювелира Веру Федоровну Васильеву, на много лет его младше. Его жена, дочь купцов Дурдиных, пятидесятилетняя Мария Андреевна, не вынесла позора и повесилась, а его дети прокляли отца и отказались от наследства. Они стали докторами, учеными и естествоиспытателями, но никто из Елисеевых не пошел в бизнес. Поэтому со смертью последнего магната из этой прославленной фамилии закончился не только род Елисеевых, но и их дело. Григорий Григорьевич после революции и национализации всех его предприятий отправился на ПМЖ во Францию, где и скончался в 1947 году в почтенном возрасте 84 лет…
А Елисеевский гастроном № 1 до сих пор радует питерцев и гостей города своим модерновым видом на пересечении Невского и Малой Садовой. Там сейчас неплохой магазин, но куда ему до того, настоящего…
