Авторская колонка Бориса Вишневского
Игра на повышение
По оценкам Минэкономразвития и Федеральной службы государственной статистики, темпы роста ВВП падают (в прошлом году наблюдался рост на 8,1%, в этом году он составит 7,8%), остановился рост индекса реальной заработной платы, рассчитанный с учетом инфляции (в июле реальная зарплата среднего россиянина и вовсе сократилась на 1,5%), сокращаются иностранные инвестиции, фондовые индексы упали до рекордно низких показателей, а западные инвесторы в первые же дни конфликта на Кавказе вывели из России около 7 млрд долларов портфельных инвестиций. И вряд ли инвестиционная привлекательность страны в ближайшее время возрастет – если учесть некоторые особенности ее политического курса и явную напряженность во взаимоотношениях с западными партнерами. Ну а на повестке дня – новые масштабные траты: уже широко анонсированы планы «восстановления Южной Осетии» и помощи Абхазии. И только что выяснилось неприятное обстоятельство – Стабфонд (для простоты используем старое название), размещенный в американских ценных бумагах, потерял 40 миллиардов долларов из-за ипотечного кризиса в США…
Понятно, что в этих условиях ситуацию в экономике нельзя назвать оптимистической. И ею умело воспользовался министр финансов Алексей Кудрин, который, похоже, вновь сумел заблокировать крайне нежелательный для него (но весьма желательный для российского бизнеса) вопрос о снижении налога на добавленную стоимость. О том, что НДС надо снижать, на памяти автора говорят уже пятнадцать лет – то есть начиная с того момента, когда этот налог только появился. Но поскольку этот налог легко собирать, то Минфин его очень любит и категорически возражает любым предложениям о его снижении. Ничего не помогает: ни заявления тогда еще президента Владимира Путина и премьера Михаила Фрадкова (в 2005-м), ни включение в среднесрочную программу правительства требования о доведении «в ближайшее время» НДС до 13%, ни обсуждение этого вопроса с Путиным руководителями Российского союза промышленников и предпринимателей (в 2007-м), ни поручения теперь уже премьера Путина (в 2008-м)…
В своей «Концепции долгосрочного социально-экономического развития РФ до 2020 года» Минэкономразвития предложило снизить НДС до 12%, и, казалось бы, Минфину придется уступить – судя по результатам совещания в конце августа в Новоогарево. Но не тут-то было: Кудрин пустил в ход какие-то неизвестные широкой общественности аргументы, и Путин вдруг заявил, что налоговая нагрузка в России не так и велика – если не учитывать налогообложение нефтегазовой отрасли.
Мол, «дело не только во влиянии на бюджет – дело в настройке всей экономики. Нужно понять, насколько эффективно для экономики и отдельных отраслей будет снижение НДС: возрастет ли инвестиционная активность участников рынка или просто это приведет к росту накоплений». Вообще-то соответствующие анализы давно проведены, и эффективность снижения НДС доказана. Или премьеру об этом не доложили?
Правда, РСПП собирается дать крайне жесткое заключение на предложенный Минфином проект «Бюджетной стратегии до 2023 года», где отвергается идея снижения налоговой нагрузки – но, скорее всего, это ни на что не повлияет, и вопрос о снижении НДС опять отложат. Зато повысят единый социальный налог (как предусматривает стратегия Минфина): сперва «проиндексируют» его шкалу, в результате чего подавляющему числу работодателей придется платить ЕСН по максимальной ставке, а затем поднимут и саму ставку…
Вообще-то налоги следовало бы снижать – они в России — что прекрасно известно – весьма высоки. И при тех доходах, которые страна получает от продажи природных ресурсов, сбора налогов по сниженным ставкам вполне должно было хватить для обеспечения достойной жизни граждан. Но не хватает. А то же самое правительство, которое все время говорит о налоговой дисциплине и требует исправно платить ему налоги, мягко говоря, не спешит возвращать предпринимателям положенное. Не слишком известный факт (его приводил на встрече с Владимиром Путиным в 2007 году глава РСПП Александр Шохин): 100% случаев положенного по закону возврата НДС предпринимателям при экспортных операциях идет через суды. Вернуть свои деньги бизнесмены могут только в судебном порядке – иначе Минфин и налоговая служба их не возвращают.
То есть государственные органы можно заставить выполнять закон, только подав на них в суд, – а иначе они в добровольном порядке категорически отказываются это делать. Какая-то асимметрия получается. Впрочем, не только в этой области: у нас куда ни кинь – везде одно и то же: если кто не заплатил положенную мзду государству, то на него навалится вся мощь репрессивной системы. А вот если государство отказалось платить по своим обязательствам – тут-то можно годами добиваться правды…
