Лояльность по закону
Работодатели пытаются защитить свои права. Остановит ли это рейдеров?
Алла ДАНИНА
На первом круглом столе из цикла «Различные формы рейдерства» собрались собственники и топ-менеджеры, преподаватели вузов и журналисты. Конечно, не могла оставить равнодушным тема беседы, обозначенная так: «Работники – помощники или диверсанты?»
Явление недружественного поглощения, процессы искусственного банкротства по-прежнему стоят на повестке дня. На этот раз работодатели и собственники пытались выяснить, есть ли какие-то способы защиты от действий «пятой колонны» внутри предприятия, без чего, собственно, невозможен недружественный захват.
КОМУ НУЖНА ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ ЛОЯЛЬНОСТЬ
«Что нужно делать? Повышать лояльность сотрудников? Внедрять какие-то новые технологии?» – этот вопрос задал участникам модератор круглого стола генеральный директор компании «Беспалов и партнеры» Александр Беспалов.
– Ни один захват не проходит без участия сотрудников, которые продают свои акции и способствуют таким образом поглощению, – считает генеральный директор ООО «Управляющая компания «Созведие» Владимир Хильченко. – Но я совершенно не верю в понятие «лояльность сотрудников». Повышать ее – абсолютно бессмысленное занятие. Сотрудник, который, увольняясь, уводит базу данных, – он же уводит таким образом бизнес. Создает параллельную фирму, например, переводит все денежные потоки туда, и иногда выяснить это невозможно, а помешать – трудно. Главное, на мой взгляд, – менять законодательство, разрабатывать соответствующие законодательные акты, препятствующие таким явлениям.
– Чаще всего тут дело не в сотрудниках, а в крупных акционерах, членах совета директоров, – вступил в беседу президент Межрегиональной общественной организации «Корпоративное развитие и защита» Александр Осиновский. – В одном акционерном обществе у входа стояла машина с надписью «Купим акции дорого». Скупались акции рядовых сотрудников. Но они владели только 18% пакета, остальные же были у пяти главных акционеров. И когда я предложил связать их круговой порукой, чтобы акции не ушли в другие руки, двое отказались подписать соответствующий документ. В этом и была причина войны. Воюют не сотрудники, а крупные акционеры. Если их всего двое – это самое сложное.
Главная война сейчас идет за активы – за здание и землю.
АКТИВЫ – ЛЮДИ С МОЗГАМИ
– Если человек уже вошел в бизнес со своими целями, отследить ход его мыслей практически невозможно. Как сделать так, чтобы, не ущемляя права человека, ограничить его возможности развалить мой бизнес? – с этим вопросом обратилась к присутствующим президент компании «ЭГО Транслейтинг» Наталья Молчанова.
Генеральный директор ЦНИА «Панацея» Ольга Самоварова считает:
– Очень часто наши активы – это люди с мозгами и на двух ногах. На Западе после увольнения из компании менеджер согласно контракту не имеет права близко подходить к клиенту, которого он вел не прежнем месте работы. Это работает даже не на законодательном уровне, а на уровне норм профессиональной этики, которые разделяют члены профессиональных ассоциаций… У нас же уровень нравственности таков, что пока будут покупать ворованные дворники – их будут воровать.
У меня был один показательный случай: приехав на пролонгирование договора, я узнала, что мой ведущий аудитор уже заключила с клиентом договор со своей параллельной компанией. Удивительно не это (хотя я восприняла ее поступок как предательство), а то, что клиент остался с этим аудитором, зная, что та практически увела клиента из компании.
– Да, но Уголовный кодекс никто не отменял, – считает Владимир Хильченко. – Это явное злоупотребление служебным положением. И хотя доказать это крайне сложно, мы начали судебное дело по точно такой же истории. Генеральный директор моей компании создал параллельную структуру, находясь на зарплате у меня в фирме. Мы заметили, что прибыль не растет, и начали разбирательство. Дело уже возбуждено, а перспектива выиграть его – 50 на 50.
Участники круглого стола попытались проследить корни такого «нелояльного поведения» сотрудников. И нашли его в воспитании и образовании. Начали с песочницы, где детям никто не объясняет, что отбирать машинку нехорошо. Закончили вузом.
– Пока на уровне менталитета мы не докажем студенту, что списывать – плохо, ничего не изменится. Я знаю, что во многих западных вузах за списывание грозят серьезные неприятности, вплоть до исключения. Это воспринимается как кража информации. Добропорядочность надо воспитывать. В наших же уставных вузовских документах таких правил нет, – считает декан факультета лингвистики Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов Ирина Руперт. – И как следствие – у нас нет никакой гарантии, что и сотрудник, как это случилось недавно, не уйдет в другой вуз со всей информацией, полученной у нас.
– Считаю, что ведущая роль в воспитании нравственного поведения принадлежит обществу и СМИ, – говорит директор по персоналу компании «Мега Джинс» Елена Великсар. – Когда во время перестройки все былые ценности погибли, новые – не появились. У молодежи жажда легких денег, они заняты своими правами, забывая про обязанности. У меня был опыт проверки сотрудников детектором лжи. Мы получали таким образом очень много информации. Трудовое законодательство позволяет использовать детектор, однако в трудовом договоре прописывается, что на основании результатов проверки отказать в работе сотруднику работодатель не может. Сотрудник подписывает также согласие на плановые проверки. Должна отметить, что без специальной подготовки обмануть детектор практически невозможно. И это можно использовать как один из инструментов защиты бизнеса.
– Есть и другие технологии проверки честности сотрудника, – рассказывает генеральный директор компании МИГ-СПб Максим Баранчук. – Мы привлекаем специальные информационные детективные агентства. Потому что, если состоятельный человек соглашается работать начальником отдела закупок за 700 евро, то это что-то да значит…
ЗАКОННОЕ ВОРОВСТВО
Так разговор все дальше уходил от рейдерства и концентрировался вокруг проблемы нерадивых сотрудников.
– Да, ведь речь не идет о том, что сотрудник, уйдя от меня, не может создать какой-то свой бизнес! – объясняет Наталья Молчанова. – Я со многими бывшими работниками поддерживаю отношения, мы в чем-то сотрудничаем. Речь идет о том, чтобы он не воровал интеллектуальную собственность, информацию.
– Все это, конечно, правильно, – вступил в спор управляющий партнер адвокатского бюро «Егоров Пугинский Афанасьев и партнеры» Илья Никифоров, – но на самом деле я вижу корень зла в недоработке законодательства. В законе не прописан запрет на участие в параллельном бизнесе или переманивании клиентов, мы не можем вписывать это в контракт.
– Мы не работали с крупным бизнесом, только с малым, – рассказала главный юрист Антирейдерской комиссии по соблюдению прав предпринимателей Наталья Выговская. – Но хорошо видим ошибки законодательства. Вот такой случай: небольшой книжный магазин разорился из-за того, что генеральный директор передал информацию по ценам на закупаемую продукцию конкуренту. Тот сбил цену, и первое предприятие разорилось. Но доказать что-либо в суде очень трудно. Думаю, тут нужно действовать в рамках гражданского законодательства, определив, что информация – это собственность. Базы данных – это собственность.
– Посмотрите на культуру вождения автомобиля в нашей стране! Посмотрите, как люди выезжают на перекресток! Да сделайте штраф 2000 за нарушение – и сразу начнут водить нормально. Нравственный закон, юридический – это, конечно, хорошо, но экономика – основа основ, – эмоционально реагирует президент Аудиторской палаты Александр Кузнецов.
Топ-менеджеры и руководители сошлись на том, что пока Трудовой кодекс защищает лишь сотрудников, а никак не владельцев бизнеса от действий, которые наносят бизнесу урон или ведут к рейдерству. Действительно ли законодательство нуждается в пересмотре или стоит уповать на изменение нравственного климата в стране – осталось невыясненным.
КОММЕНТАРИЙ
Президент Межрегиональной общественной организации «Корпоративное развитие и защита» Александр Осиновский:
– Прежде чем говорить о рейдерстве, нужно понять, всегда ли это явление отрицательное. Ведь может быть и легитимное рейдерство – скупка акций, получение контроля над неэффективным бизнесом, отчего работник только выиграет. Всегда ли смена собственника – это плохо?
Существует черное, белое и серое рейдерство. С черным практически покончено, это криминал. А вот серое, где все на грани, где нужно разбираться в суде, – наиболее распространено сегодня.
Сейчас интерес рейдеров перешел к малому и среднему бизнесу, вернее, к их активам – к земле и недвижимости.
Что же касается лояльности сотрудников, то главное – это лояльность генерального директора в том случае, если он не является собственником. Закон ограждает его от иска по поводу «злонамеренной сделки» (статья 179 ГК), потому что эта статья касается только представителя предприятия, а не исполнительного директора. Так что у директора руки развязаны, он может заключить любую сделку… а потом уволиться.
