Александр Половцов: стертое имя
Александр ХОХРЕВ
Этого человека не любили как при жизни, так и после его кончины. Принадлежность к высшему бюрократическому и финансовому слою Российской империи вызывала у прогрессистов того времени исключительно негативную реакцию, а у революционных деятелей – неуемное желание прикончить Александра Половцова (правда, слава богу, безуспешное). Зато после 1917 года его имя просто стерли из учебников истории, так, словно его никогда и не существовало. Но это не так. И хорошо, что это не так…
УМ ХОРОШО, А ДВА ЛУЧШЕ
Начало деятельности у Александра Александровича Половцова ничем знаменательным не ознаменовалось: окончив Училище правоведения, молодой юрист отправился служить в Сенат. Высокопоставленных родственников у него не было, заступников и покровителей – кроме небесных – тоже. Зато были острый ум и зоркая наблюдательность. Поэтому за несколько лет беспорочной службы он не только поднялся по карьерной лестнице, но и заложил основу будущего богатства. Нет, он не заработал состояние на спекуляциях, как делали многие госслужащие, и не выиграл его в карты. Он женился.
История его женитьбы занимательна – и некоторым образом поучительна. Будучи недурен собой, Половцов услышал удивительно красивую историю о внебрачной дочери великого князя Михаила Павловича и некоей фрейлины К., Надежде Михайловне Юниной (месяц рождения июнь подарил ей фамилию). Девочку в младенчестве отдали на воспитание в семью бездетного банкира Штиглица. Придворный финансист так сильно прикипел к очаровательной Наденьке, что совершенно всерьез считал ее своей плотью и кровью – и не отказывал ей ни в чем. Половцов, познакомившись с Надеждой Михайловной, увидел, что она не только богата, но еще умна и красива, и понял, что «это дело нужно пробивать». Обыкновенному сенатскому служаке нипочем было бы не добиться расположения Штиглица, поэтому Половцов «пошел на девичий приступ». Он был необыкновенно интересным рассказчиком и знал уйму стихов наизусть. Он ездил на все балы с участием своей дамы, умело танцевал и произносил весьма небанальные комплименты. Юнина влюбилась страстно и в один момент. То есть все получилось очень гладко: в 1861 году 29-летний Александр Александрович и 17-летняя Надежда Михайловна поженились.
Приданым за невесту стал один миллион рублей.
ДЕНЬГИ К ДЕНЬГАМ
С этого момента закончилось существование безвестного сенатского чиновника – и началась новая жизнь человека, приближенного ко двору. За несколько лет карьера Половцова пошла в гору так круто, что он стал членом Госсовета, а затем и статс-секретарем Александра III. Деньги, доверенные ему женой, послужили началом огромного состояния, которое наш герой дополнил своими разумными спекуляциями на бирже (все-таки тесть считался ее «королем») и принялся со всей страстью собирать произведения искусства.
О, в этом Александр Александрович был истинным знатоком! Он скупал картины голландских, итальянских и французских мастеров, но также помогал нашим молодым художникам, делая им заказы на оформление своего дома. Именно он убедил барона Штиглица в том, что Петербургу просто необходимо открыть художественно-промышленное учебное заведение, способное готовить «ученых рисовальщиков» для развивающейся промышленности России. Штиглиц, обладавший незаурядным вкусом, прислушивался к словам зятя, но согласился на это предприятие только после того, как великий князь Владимир Александрович посоветовал ему то же самое. Откуда барону было знать, что это Половцев подговорил своего «друга-принца» поддержать его инициативу? И хотя созданное училище носило имя миллионера-банкира, на самом деле в нем заправляли Александр Александрович и Надежда Михайловна.
Их коллекции пошли на дело: из картин и скульптур, принадлежавших чете, сформировалась база, по которой ученики изучали искусство рисования. Причем страсть супругов распространялась не только и не столько на обладание заветными сокровищами, им нравился процесс поисков и находок интересных предметов коллекционирования. Их дома – на Английской набережной, на Большой Морской, на Каменном острове – больше напоминали музеи. Причем музеи странные, «ассортимент» которых постоянно расширялся, обновлялся и менялся. Старые экспонаты уходили в училище или с молотка, а новые занимали свое место в гостиных, анфиладах и коридорах.
СОЗДАТЕЛЬ ВЕЧНОСТИ
Будучи статс-секретарем Александра III, Половцов активно влиял на внутреннюю и внешнюю политику страны, чем завоевал себе прозвища Честолюбец и Надменный. Но шепотки в кулуарах его не слишком сильно занимали: положение чуть ли не государева наперсника и громадное состояние, оставленное его жене почившим бароном Штиглицем, позволяли ему заниматься только тем, что нашему герою нравилось. 17 миллионов рублей – не шутка. Половцов с женой были одними из богатейших людей столицы, хотя многие считали вложение капиталов в искусство просто пустой тратой денег. Сергей Юльевич Витте, например, презиравший «этого сибарита», так писал о его увлечении коллекционированием: «Половцов… умудрился сделать так, что, когда он… умер, то наследникам его осталось самое ограниченное (!) состояние в несколько миллионов рублей… а все остальное было уничтожено. Говорю «уничтожено», а не проедено, потому что хотя он жил широко, но все-таки совсем не настолько широко, чтобы можно было прожить такое громадное состояние…»
Но это его не останавливало: он продолжал покупать произведения искусства, и после смерти тестя приобрел японские вазы, некогда принадлежавшие французской королеве Марии-Антуанетте и входившие в свое время в собрание архитектора Монферрана; гобелены «История императора Константина», сделанные по картонам Питера-Пауля Рубенса; коллекцию китайского прикладного искусства, собранную А. Г. Влангали, бывшего в 1860-е годы российским послом в Китае и т. д. Все это стоило безумных денег, и поэтому неудивительно, что для пополнения финансов Половцов старался участвовать в разнообразных аферах. Нельзя сказать, что он получал миллионы, как его именитый тесть, но острый ум политика и бизнесмена позволял жить безбедно на свои деньги, а не на наследство жены.
Мало того: благотворительность и любовь к истории подвели Александра Александровича к созданию (на собственные средства, надо заметить) «Русского биографического словаря», изданного в 1896 г. в количестве 25 томов. При отборе государственных и политических деятелей, писателей и художников для словаря был положен принцип включения в издание лишь лиц, к тому времени уже умерших, поэтому оно осталось незаконченным, но до сих пор имеет большую практическую ценность, так как содержит достоверные сведения о жизни и деятельности людей, внесших значительный вклад в развитие России.
ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ
Умудренный опытом, но все так же обожающий жизнь, искусство, бизнес и свою красавицу-жену, Александр Александрович до конца своей жизни занимался формированием музея Художественного училища. И это считал главным делом последних лет. Несмотря на приличный возраст, он вместе с Надеждой Михайловной колесил по Европе и Азии, бывал на самых интересных аукционах и все время пополнял музейную коллекцию, не оставляя свое детище ни на секунду. Свидетельством тому многочисленные дневниковые записи Половцова о длительных заграничных поездках, во время которых совершалось множество ценнейших приобретений. Страницы изобилуют заметками о просмотрах различных коллекций, о визитах к антикварам и переговорах с ними о покупке различных произведений искусства. А его слова, сказанные на одном из торжественных заседаний совета училища, больше говорят об идеях и почерке этого человека, чем все мемуары его недоброжелателей, вместе взятые: «Пускай не одни дворцы и палаты останутся хранителями предметов, увеселяющих глаз, возвышающих душевное настроение; пускай, напротив, всякое жилище русского труженика и семьи его озарится светлым лучом искусства, требующим не драгоценных материалов, хотя бы изобилующих в нашей стране, но исключительно общедоступного в исполнении гармонического сочетания линий и красок. Такова цель стремлений нашего училища. Достигается ли она? Ответ на это дают соседние залы, наполненные произведениями наших учеников».
И что же? Училище барона Штиглица (а на самом деле Половцова-Юниной) процветает до сих пор, а недоброжелатели… Где они?..
